WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 || 3 | 4 |
в ралы сетуют, «что не все еще в республиках, Pro et Contra 2009 сентябрь — декабрь Виктор Шейнис в обкомах, в гражданских подразделениях мятся расколоть еврокоммунистов, вмешиваобщества делают все необходимое по превра- ясь в их внутренние дела в «грубых, просто щению страны в военный лагерь» (с. 563). гауляйтерских формах» (с. 532, 615), и полуНаконец, МКД. На страницах дневника чить дополнительные голоса на международсказывается сказка длинная и занимательная, ных форумах. Черняев как мало кто другой как повествование Шахерезады. С одной по личному опыту знает, «как и почему мы стороны, становится все более очевидным, помогали загонять МКД в тупик на протяжечто комдвижения как политически значи- нии 20 с лишним лет» (с. 673). К этому можно мой международной силы уже нет и не будет лишь добавить, что дрейф международного (с. 175, 602). Во многих странах компар- коммунистического движения в тупик, равно тии — «мелкота, которую дома почти никто как и решающая роль в том ВКП(б)—КПСС, не замечает». Вся их деятельность произво- исчисляются куда большим сроком. Под дит впечатление «чего-то по-диккенсовски противостоянием коммунистов и социалжалкого и безнадежного». Комдвижение демократов, занявшим почти весь ХХ век, себя изжило. Даже там, где у коммунистов черту подвела история.

сохранился интеллектуальный и политиче- Перед читателем — и это, может быть, ский потенциал (ФРГ, к примеру), служит он интереснейшие страницы дневника — предбезнадежному делу (с. 43, 113, 119, 628, 653 стают типажи советских лидеров. Портреты и др.). Влиятельные компартии существуют нарисованы «с натуры», на основе повсево Франции и Италии, но ведут они себя по дневного общения с одними и пристального отношению к КПСС все более независимо, наблюдения за другими. Автор стремится быть подчас вызывающе. Для них, как и для других объективным. Но пожалуй, в вождях, как ни в партий, имеющих реальные позиции в своих чем другом, проявилась столь отчетливо деграстранах, «немосковская» ориентация — «глав- дация режима и измельчание рекрутируемого ный фактор выживания и движения вперед». в высшую страту человеческого материала.

После введения военного положения в Среди иерархов, появляющихся на страПольше руководство ИКП «отлучило нас от ницах дневника, едва ли не самым человечсоциализма» (с. 69—70,152, 332, 407, 467). ным выглядит Брежнев. В 1970-х годах этот С другой стороны, периодически прово- жено- и жизнелюб уже миновал свою лучшую дятся парадные международные коммунисти- пору. Вначале он еще способен говорить ческие совещания, изображаемые советской не по бумажке, общается с окружающими пропагандой как крупные мировые события, по-свойски, но все более обретает державную в ЦК КПСС существует многолюдный между- осанку. В своем тщеславии, любви к награнародный отдел, сотрудники и эксперты дам, подаркам и почестям он смешон: все которого пишут тексты «в поддержку нашей больше начинает походить на чучело орла, политики», а эти тексты затем инфильтриру- все меньше способен понимать смысл напиются в выступления тех зарубежных комму- санных для него речей, с удовлетворением нистов, «кто за нас целиком» (с. 127). МКД воспринимает нарастающий вал восхвалений в программных документах КПСС вместе с и сам принимает участие в этом «всесоюзном «борцами за мир» изображают не как доро- и даже интернациональном бесстыдстве».

гостоящих нахлебников, а как могучие дви- «Основная жизненная идея Брежнева — жения современности. В этом театре абсурда идея мира. С этим он хочет остаться в памяинтерес взаимный: одни существуют на ти человечества. В практической политике советские вспомоществования, а другие стре- реальным делам в этой области он отдает 142 Cентябрь—декабрь 2009 Pro et Contra Летопись времени: Анатолий Черняев и его дневник предпочтение перед любой идеологией». Не позабыты, невольно вспоминаются уничион инициировал вторжение в Афганистан — жительные характеристики, которыми про«каша эта варилась где-то “втихаря”», «сыгра- ницательные современники (Витте и другие) ли на маразматическом возмущении награждали дворцовую камарилью — ближайБрежнева Амином». За год до смерти «у него шее окружение Николая II. Круг замкнулся.

уже мало до чего доходили руки (и мозги). С горечью отмечает Черняев «самовоспроизОн почти лишился способности артикули- водство посредственности, раз она уже захваровать свои мысли. Однако такие вещи, как тила власть!» (с. 111).

отказ от интервенции в Польшу, — это его Особняком стоит непосредственный его безусловная личная заслуга» (c. 75, 78, 133, начальник, секретарь ЦК и кандидат в члены 193, 286, 386, 391, 464—466). политбюро, доктор наук, академик Борис Верховная власть закреплена за одним Пономарев. «Он был, по своим личным качечеловеком, все более впадающим в маразм. ствам и интеллектуальному багажу, далеко не “В вождях, как ни в чем другом, проявилась столь отчетливо деградация режима и измельчание рекрутируемого в высшую страту человеческого материала”.

Даже в политбюро «политику делают не самым скверным в верхнем эшелоне советоткрыто». Пленум ЦК «не удостаивают даже ского правящего слоя». Может быть, потому откровенного информирования, не говоря что он — реликтовое образование. Он приуж о каких-то там решениях, направлении вержен большевистской догматике 20—30-х и проч.» (с. 127, 412, 423—424). Так делается годов. С нетерпением ждет он вселенского политика. Реализму Брежнева противосто- кризиса капитализма, наподобие или даже ит, «и все более нагло, напор со стороны хуже 1929—1933 годов, и жадно всматриваетего окружения — идеологов и охранителей, ся в признаки его приближения, утверждая, олицетворяемых Сусловым и Андроповым» что на Западе рабочий класс голодает, а (с. 81). В апреле 1973 года, после большого советские ученые, оспаривающие это, заниперерыва, членами политбюро стали «глав- маются апологетикой. Тщится выступить ные министры»: военный, госбезопасности с собственным «учением» о современном и иностранных дел (Гречко, а после его смер- кризисе; что-то услышав о кейнсианстве, ти — Устинов, Андропов, Громыко). «Тройка» он убежден, что это очередная апология поименованных лиц, в руки которой перехо- капитализма. Он в некотором роде «загадка дили рычаги «реальной политики», все более сталинской эпохи». Сталина он ненавидит, нагло прибирала к рукам властные функции. но его квазитеоретические построения в Этим деятелям, столь почитаемым нынеш- конечном счете восходят к сталинским теоними властями, страна была обязана срывом риям. Его терпят, но утесняют: Брежнев не разрядки, новым витком гонки вооружений, скрывает своего презрительного отношения, афганской авантюрой (с. 307, 406, 587, 634). Суслов решительно пресекает его претензии Когда на страницах дневника появляют- на лидерство в том, что именуют марксистся упоминания об иных деятелях высшего ской теорией (его не привлекают к работе синклита (члены, кандидаты политбюро, над новой программой КПСС, отстраняют от секретари ЦК), имена которых ныне прочно официального издания по истории партии).



Pro et Contra 2009 сентябрь — декабрь Виктор Шейнис Он страдает от того, что его не продвигают 522). Истории, однако, угодно было подарить в члены политбюро, обходят положенными Черняеву — и нам вместе с ним — еще шесть наградами. В партийном ареопаге он чело- лет политической жизни в другом историчевек редкостный: «соединяет наше “чистое” ском времени, в другой эпохе.

прошлое с циничным настоящим». Среди циников и карьеристов он выглядит челове- Перестройка: упущенный шанс ком идейным, среди неучей — образованным. «Неизбежность перестройки» — так назыНо среда диктует нормы поведения. На МКД валась статья Андрея Сахарова, опублион смотрит как секретарь обкома на свою кованная в 1988-м в знаковом сборнике, область и опасается лишь, что с него спросят где «перестроечная» интеллигенция отоза приписки. Он ловчит, приспосабливается, звалась на начавшиеся в СССР перемены.

лебезит перед кем надо, а на отведенной ему Предупреждая о неимоверных трудностях на делянке реализует официальный курс: пыта- избранном пути, Сахаров выводил неизбежется расколоть еврокоммунистов, поощряя ность перестройки из ее «абсолютной истоортодоксов и провокаторов и всерьез рической необходимости» для советского надеясь «обратно слепить... расползшийся общества, для всемирной цивилизации — во кафтан комдвижения» (с. 93, 107, 135, 182, имя сохранения жизни на планете 1.

183, 476, 530, 603, 663). Пономарев — фигура С дистанции в двадцать с лишним лет трагикомическая, типическая в своей исклю- отчетливее видно не только, в чем преуспела чительности. Его поколение партийцев- перестройка и чего добиться она не сумела, интернационалистов было почти полностью но и что из произошедшего в те годы было истреблено в годы террора. А он выжил, действительно неизбежно, а что, порождензанял высокий пост, но остался человеком ное сочетанием совпавших обстоятельств, своего времени, неловко и смешно приспоса- оказалось исторически преходящим и обрабливающимся в чужой среде, сотворенной, тимым. Дневниковые записи Черняева, роль однако, его и его соратников руками. Мастер которого во властных структурах партии и психологического анализа мог бы сделать государства в те звездные годы поменялась его прототипом героя романа «Путь боль- кардинально, дают богатейший материал шевика» — о судьбах поколения, в молодости для размышлений не только о прошлом, но и бросившегося в революцию, а к 1980 годам настоящем и будущем нашей страны.

явившего образ мысли, который Черняев То, что система, созданная при Сталине и именует «пропагандистско-полицейским». сохранившаяся в основных чертах после его Поразительный, однако, симбиоз... смерти, исторически изжила себя и идет к С каждым годом в дневнике все отчетли- своему концу, было очевидно любому инфорвее звучат мотивы отторжения от системы, мированному наблюдателю. Эта мысль лейтв которой автору довелось трудиться. Все мотивом проходит по всему тексту дневника острее становится «ощущение безнадежности за 1972—1984 годы. Но какой ей отмерен что-либо поправить в условиях закостенев- срок, что именно в ней обречено на исчезшей системы и ничтожества высшей власти», новение и в каких формах это произойдет, «по самой своей природе враждебных внеш- предсказать не мог никто. Можно было лишь нему миру, наиболее динамичной и прогрес- утверждать, что запас устойчивости господсивной его части». И убеждение: «Если “гене- ствовавшего режима еще не был исчерпан, ральная линия” будет продолжена в принци- что, огражденный ракетно-ядерным панпе, то катастрофы не миновать» (c. 193, 387, цирем, он обладал надежной защитой от 144 Cентябрь—декабрь 2009 Pro et Contra Летопись времени: Анатолий Черняев и его дневник внешнего давления. Вполне обозначившийся ственного масштаба. Поэтому изменение проигрыш экономического соревнования с инерционного, закрепленного многолетней Западом не грозил коллапсом воспроизвод- традицией порядка вещей, а вместе с ним — ственного процесса или разрушительным судеб громадной страны, трехсот миллиодемонстрационным эффектом внутри стра- нов людей, могло происходить при среднены. Контроль государства над атомизирован- нормальном ходе событий, то есть при ным и подвергавшимся все большей демо- отсутствии кризисных обострений, катарализации населением был непререкаем. строф и т. п., только благодаря изменению Всколыхнувшееся было в 1960-х годах анти- соотношения сил, намерений и воззрений сталинское диссидентское движение усилия- в узком кругу высшего политического рукоми воссозданных при Андропове спецслужб водства. Ибо никаких других организованбыло локализовано. Отторжение продвину- ных, неподконтрольных ему центров силы той части интеллигенции от государствен- (военных, полицейских, экономических “Отторжение продвинутой части интеллигенции от государственной идеологии не достигало критической массы и порождало скорее цинизм, нежели сопротивление”.





ной идеологии не достигало критической и т. д.) в СССР не было. Более того, общая массы и порождало скорее цинизм, нежели воля этой группы (или ее равнодействуюсопротивление. С большинством населения щая) могла проявиться, как правило, лишь существовал неформальный социальный кон- при смене первого лица. Во всех остальных тракт: лояльность в обмен на скудные соци- случаях при сложившейся строго иерархиальные гарантии. ческой субординации голос генерального То обстоятельство, что достижение амби- секретаря — это выразительно показал циозных целей, которые система устами Черняев — становился решающим. Смена своих лидеров поставила перед собой, все же генерального секретаря после смещения больше отдаляется и вряд ли вообще воз- Хрущёва происходила только после смерти можно, могло быть осознано лишь отно- его предшественника.

сительно малой частью правящего клас- Таким образом, начало перестройса — элитной интеллигенцией, призванной ки и последовавших за тем всемирново власть интеллектуально обслуживать исторических событий было привязано высшие партийные инстанции. Это были хронологически к физическому угасанию разные люди, каждый со своей собственной Черненко — «серенького и убогого по своему жизненной ориентацией. Колоритнейшие интеллектуальному содержанию, малообобразы некоторых из них рисует Черняев. разованного и свободного от всякого кульВ массе же своей люди номенклатуры, турного фундамента мелкого партийного лишенные серьезной информации, индок- чиновника», волею обстоятельств на короттринированные и расставленные по этажам кое время возглавившего могучее государжестко стратифицированной бюрократи- ство (с. 551). К этому моменту в политбюро ческой системы, были способны в лучшем сколько-нибудь конкурентоспособного соперслучае на проявление самостоятельности ника Горбачёву не нашлось. Собственно, и и инициативы локального, но не обще- при таких обстоятельствах его приход на Pro et Contra 2009 сентябрь — декабрь Виктор Шейнис главный партийный пост не был заведомо ция Горбачёва. На него, конечно, наложила предопределен. В претендентах значились отпечаток комсомольско-партийная карьера, Гришин, вскоре последовавшее смеще- пройденная им по всем ступеням лестницы ние которого стало «днем ликования всей с самого низа. Но по образованию, интелМосквы» (с. 660), и Романов — «бездарь и лектуальному и культурному уровню он сволочь» (с. 638). И тот, и другой, и еще кто- изначально заметно возвышался над своим нибудь третий вполне мог бы занять «трон», окружением.

если бы не предельная дискредитация власти Среди тех претензий, которые сторонпри немощном предшественнике и хорошо ники более решительных преобразований, спланированная интрига приближенных к в том числе и автор дневников, предъяввысшим сферам трех директоров академи- ляли Горбачёву, чаще всего фигурировали ческих институтов — Александра Яковлева, две — приверженность «социалистическому Евгения Примакова и Анатолия Громыко, выбору» и его нежелание порвать с КПСС.

“По главным политическим и кадровым вопросам почти до самого конца Горбачёву удавалось проводить свою линию через официальные партийные инстанции”.

великолепно разыгравших свою партию в Отсюда — замедленность, опоздание с перерешающий момент 2. ходом к радикальным реформам. Эти претенИтак, стечение вовсе не предопреде- зии имели под собой основания. Но попробуленных обстоятельств на узкой, но высо- ем разобраться в данном вопросе, опираясь ко вознесенной площадке открыло цикл на записи Черняева. Свобода воли, которой событий, как тогда было принято говорить, располагал Горбачёв, была значительно судьбоносных. Но их развитие зависело в меньше, чем представлялось его критикам.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.