WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 43 | 44 || 46 | 47 |   ...   | 54 |

И поло-водье, конечно. Активное поло-вожденье. Без правильных правил, дорожных разметок, разносок. Реверсивный ток с переменными полюсами. Танатэрос. В огне.

А. Демичев, Аркадий ДРАГОМОЩЕНКО В КОЛЕСЕ ЗРЕНИЯ «Но ты же видишь!..» Вот это и есть характерное выражение человека, находящегося во власти правил.

Людвиг Витгенштейн, «Философские исследования» А случается, все происходит по-другому. Успокаивается ветер.

Дворник покидает пределы рассвета.

Грея руки на чашке кофе, с недоумением взирая на россыпи бумаг, вы наблюдаете как на окраине экрана возникает письмо от ньюйоркского приятеля, из которого становится известно, что он, давно живущий совершенно иной, академической жизнью стал снова получать письма от едва ли уже не забытых приятелей из России, предлагающих с былым пылом опять создавать театры, издавать журналы, газеты и тому подобное. «Но, помилуй Бог, это же какието галлюцинации... – пишет приятель, – чистейшей воды галлюцинации!» Последнее замечание, затворившее за собой роговые врата электронного эфира, возвращает к реальности.

К реальности слова, приоткрывая картинку из полузабытой сказки, где какой-то мальчик склонился над россыпью ледяных кубиков в желании сложить из них единственное верное слово, которое, если не изменяет память (но разве не в том состоит ее дело), позволит растаять ледяной игле в зрачке мальчика, иными словами «схватить» постоянно ускользающий (лед по обыкновению тает в руках) смысл, который вернул бы миру устойчивость и постоянство – его субъективность, его «Я».

Мало-помалу теряя из виду мальчика, я видел, как на периферии сознания всплывает, с упорством повторяющая себя, строка Маяковского: «я люблю смотреть, как умирают дети».

Мне всегда казалось, что в этом сочетании слов что-то не так, есть в нем что-то чрезмерное, и даже, более того, я догадывался что именно – запятая перед союзом «как», возможное отсутствие котоВ КОЛЕСЕ ЗРЕНИЯ рой, быть может, скрывало в себе иное значение строки, скользнувшее мимо грамматического сознания поэта.

Знак, не обладающий в себе ни значением, ни смыслом, провозглашал лишь одно: игру присутствия/отсутствия. Говоря прежде всего о том, что поэт словно отделял от себя властью правила иной факт – то, как он «любит смотреть». Преступление правила проясняло предложение в значении следующего спрашивания – каким образом – как – я люблю смотреть на то, что «меня окружает» Плавающая запятая смещала перспективу, изменяла угол зрения, изводя его к ответу: глазами умирающего ребенка.

Так, чтобы отстраниться от автоматизма восприятия строки, можно, к примеру, обратиться к такой конструкции: я люблю пить как летают рыбы, и т.д.

И все же во всем этом нас интересует не столько эмоциональная сторона описания радикальности "последней встречи" поэта с миром, сколько тема зрения, которая, невзирая на беспорядочность обнаруживших себя поводов, не случайно коснулась этого рассказа.

* * * Зрение, как одно из привилегированных чувств западной культуры, помимо того, что определяется важнейшим инструментом опосредования между миром и человеком, создало, определив собою символику мифологии, метафизики (уместно вспомнить только одну из набора управляющих оппозиций: свет/тьма), эпистемологическую систему в целом.

Могущественная риторика зрения определила также и тезаурус:

прозрение, перспектива, картина мира, дальновидность, обозрение, каковы ваши взгляды точка зрения, демонстрация – все это слова и выражения по большей части используются в качестве метафор для обозначения процедур и процессов связанных с активностью, явно отстоящей непосредственного физического восприятия.

Именно роль, отведенная зрению, позволяла представлять в западной традиции работу мысли как «отражения» того, что ее отстоит вовне, не говоря о том, что именовалось «духовной оптикой», то есть о способах духовного прозрения в мистических практиках. В связи с чем интересно замечание Мартина Джэя, посвятившего свои штудии Мишелю Фуко, касательно того, что, как он пишет, «мыслители со времен св. Августина признавали фундаментальную связь между оптическим опытом и желанием, более того – неисполниАркадий ДРАГОМОЩЕНКО мым желанием» (...Эвридика обречена остаться блуждающей запятой между двумя укусами – змеи и взгляда).

Одно из таких фундаментальных желаний заключается в установлении непрерывности визуальной культуры. В свой черед ее задание предполагает преодоление дисконтинуальной, разорванной реальности путем выявления сокрытого (где, между тем, и снимается оппозиция между отсутствием и присутствием), ускользающего от любого определения, то есть, того, что по Гераклиту является самой природой. Такую непрерывность можно представить системой, управляемой логикой причинно-следственных отношений и т. д.

В рядах такой логики порнография являет собой едва ли не высшую кульминационную точку попыток визуальной репрезентации того (Делёз назвал порнографию системой с одним лишним означающим, – возможно образ и есть это лишнее), что таковой репрезентации не подлежит, потому что визуализация определенного рода желаний, относящихся к телесному человека, принадлежит сокрытому или тому, что называется у Дюркгейма сакральным.

Разрабатывая тему профанического и сакрального, Батай в свою очередь останавливается на том, что такие понятия как добро и зло, болезнь и здоровье и т.д. не являются противоположностью, но составляют один однородный ряд.

Но сакральное – иное. Оно есть то, что табуировано и запущено в бессознательное; сакральное есть то, что репрессировано в бессознательном и исключено из семиотических практик. Из осознания.



Сакральное – постоянно архаично.

Можно сказать, что сакральное – это то, что, будучи обречено на пограничное существование, исключено из социальной практики господствующего в обществе языка и конструируемых в нем/из него повествований (те же ледяные кубики...).

Напомним известный пример: агрессивно-болезненное переживание ТВ аудитории (как мужской ее половины, так и женской) присутствия на экранах телевизоров рекламы женских гигиенических прокладок является одним из случаев подобной репрессивности, – эвфемизмы типа "критические дни" отнюдь ничего не меняют, да и не могут ничего изменить, поскольку затрагивается та сфера телесности человека и, более того, публичная репрезентация ее в описании, которая исключена из регламентированного дискурса. Но "материя" прокладок и мерседесов одинакова, – в самом деле, что тяжелее килограмм воздуха или килограмм железа В КОЛЕСЕ ЗРЕНИЯ Единственно – не равны коды, в которых происходит интерпретация этих предметов. «Мерседесы» суть знаки преуспевания, превосходства, обладания контролем, силы, etc., а следовательно способности подчинения и присвоения в уже отчасти подчиненном и присвоенном мире. Тогда как, казалось бы, «прокладки» должны коннотироваться с медицинской регламентацией определенной физиологической функции пола, и... даже с «сочувствием», поскольку речь, пусть и туманно, но все же идет о недомогании, о слабости.

Меж тем слабость в обществе неравенства отторгается. Казалось бы, на этом можно было закончить, когда бы не «второй поворот винта» – испокон веку в мифологии период менструации у женщин считался временем обретения ими магической силы, которая как раз и вызывала соответствующий страх в патриархальном обществе у его мужской половины.

Однако, куда как более сложное явление порнографии можно связывать с несколькими иными ветвями желания: трансформации взгляда во что-то иное. А так как из культурного обихода сегодня постепенно исчезает концепция Другого, то попытка передачи опыта другому, попытка пресловутой коммуникации обречена и остается то, что Лакан называл тягой к познанию истоков собственного желания, то есть, того, что мы могли бы назвать обращением взгляда на самое себя, и что в итоге превращается в зрение, глядящее в себя.

Это бесконечное интерпретационное движение в сторону того, что не подлежит, не может быть интерпретировано в силу изначальной сокрытости, никогда ничем не завершается. Порнография безначальна и бесконечна, а поскольку сексуальный акт в сущности не интерпретируем, порнография не может открыть взгляду ничего из того, чей объект может быть назван тотальным «всем». Парадокс, но порнография является истоком все той же сокрытости.

Но тут невольно приходит на ум, что мальчик с ледяными кубиками хотел выложить одно единственное слово «вечность» (проекция ледяной иглы), после чего к нему, вероятно, вечность возвратилась бы отраженным зрением мгновения... зрением глаза, созерцающего самое себя.

ЕЩЁ МЕТАФОРА...

Труд начинается при подъеме, и теперь свет, наоборот, помеха: глаз не видит, куда ступает нога. Оборачиваться нельзя.

Мишель Серр История эта имеет множество начал, но ни в одном из них она не находит своего завершения...

В разрозненном и дискретном обиходе каждого дня, уснащенном пвсевдо-связующими нитями надежд, иллюзий, воспоминаний, смутных усилий и невзрачных итогов, которыми они порой увенчиваются, иногда наступают неизъяснимые (порой очень краткие, а порой нет) периоды, на протяжении которых вещи и события, казалось бы, глухие и чуждые друг другу, сводимые воедино лишь усвоенной привычкой или волей, внезапно обнаруживают в некоторой отзывчивости тягу друг к другу, продолжая себя в ином, совлекаясь в головокружительный узор, образующий пространство неотступно возрастающего резонанса.

Однако, чаще всего такие изменения незаметны, хотя подчас возникновение подобных соответствий принимает угрожающий характер.

Впрочем, история, но лучше случай... который меня занимает, берет истоки в нескольких местах одновременно, невзирая на фактическую различие в сроках.

Однажды вечером, находясь в известном кафе, сквозь гул говора мой слух с неожиданной отчетливостью различает фрагменты чьегото разговора. Я помню, что до меня доносится, кажется, слово «теломираз...», а через некоторое время возможно другой голос говорит о чем-то, что «...необходимо для восстановление генного щита». Затем в отдалении звонит телефон, кто-то входит с дождя и все прекращается.

На следующий день из газет я узнаю, что вчера в кафе речь шла о, скажем так, новом прорыве в области генетики, иными словами о уже возможном вторжении в область Бытия, отстоявшую человека всю его историю. Речь шла о бессмертии.

Тут же я вспоминаю, что начало этого случая (этого со-лучения, совпадения) залегает еще в одном пересечении времени и места. Я вспоминаю, как, и не понять по какой причине, листаю статью ЕЩЁ МЕТАФОРА...

Михаила Ямпольского «Жест палача, оратора, актера», (возможно, это была вообще другая книга, другого автора и все происходило вовсе не весной а осенью, и не на берегу Финского залива, Тихого океана...) тем не менее я вспоминаю, что, разглядывая страницы, останавливаюсь на гравюре, изображающей стоящего на помосте палача и протягивающего за волосы толпе отсеченную на гильотине голову...

Не довольствуясь тем, что ей дано, мысль понуждает воображение искать выход, – и здесь: помост, театр, смерть, зритель, ужас, казалось, намеренно предлагают очень знакомую перспективу рассуждения, на самом деле будто бы что-то пытаясь сокрыть в своей испытанной притягательности.





Несколько дней спустя одно, неверно внесенное в поисковую систему, слово вынесло меня на sitе, полностью посвященный гильотине как таковой. Случайность, обязанная ошибке.

Оказывается Др. Гильотeн ничего не изобретал, инструмент декапитации, как выяснилось, существует едва ли не с 1300 года и впервые применялся в Ирландии.

Но со временем это сверкающее крыло казни стало все чаще осенять публичный театр смерти. По-видимому лезвие этого крыла стало тончайшей гранью, созерцание которой, по словам, Батая, позволяло человеку преступать пределы собственной фундаментальной разорванности, рассеченности.

Что до Др-а Гильотeна Ну... он попросту предложил шестистраничный доклад Конвенту о целесообразности и гуманности применения подобного орудия в индустрии революции.

К счастью, История не преподает никаких уроков, поскольку как таковой ее просто не существует.

Однако даже в этом, последовательно собранном своде малочисленных фактов, оказалась сокрытой одна немаловажная деталь – из пяти отсеченных на гильотине (да и без применения оной) голов по меньшей три продолжают жить три-четыре секунды.

Несколько позже М. Ямпольский сообщает мне, что «Вокруг продолжающейся жизни головы после гильотинирования есть целый фольклор. Например, история о том, как палач дал пощечину отрубленной голове Шарлоты Корде, а та покраснела...» И все же попробуем посчитать до 4-х! <...>, – времени более, чем достаточно для того, чтобы увидеть свое собственное «мертвое» тело, увидеть и то, как оно колышется, проплывая в глазах людей, ЕЩЁ МЕТАФОРА...

созерцающих не акт расчленения, но, вступающих в непрерывные воды смерти, – собственное бессмертие.

Но «увидеть себя мертвым». Разве эта сюрреалистическая фигура при приближении к ней не оказывается апорием Который возможно понять (так кажется) введя лишь понятие бессмертия, пусть даже нескольких мгновений, но «явного» существования после фактического тотального разрушения Более того, смерть и не-смерть в этом случае оказывается (разумеется, ненадолго) одним и тем же, невзирая на разделение, проведенное лезвием различие...

Возможно ли это помыслить Или же точно так же трудно, как само Вечное Возвращение, невозможность которого происходит из неизбежности мыслить время одновременно как конечное и бесконечное *** Так или иначе, идея бессмертия на протяжении веков безраздельно властвовала умами людей, предлагая себя в религии, науке, философии, являясь неисчерпаемым сюжетом различного рода повествований. Мы могли бы обратиться к ним, но тут, как бы параллельно, начинает разворачиваться еще одна интрига, непосредственно связанная с тем, что секунду назад было названо «бессмертием», а именно – идея создания эмуляции бессмертия, обязанная развитию электронных технологий.

В одной из своих работ Крис Стаут, американский нейробиолог и кибернетик, предлагает создание системы, отличной (как он говорит) от криогенно-големо-франкенштейновского решения проблемы – системы, которая, попросту говоря, будет компьютерной программой. Но он говорит не об Immortaliy, но об Em-mortality, об эм-уляции бессмертия, что означает создание некой само-развивающейся системы, предпосылками и основой которой являются бесчисленные составляющие личности. И что со стороны может показаться довольно жуткой затеей, «хотя я, – пишет Стаут, –не прочь бы пообщаться с компьютерной версией бабушки или дедушки. И почему они должны казаться менее реальными, нежели те, с кем я общаюсь по электронной почте» Оставляя в стороне технологические описания уже существующих возможностей создания такой программы, можно представить основные принципы лежащие в разработке такого вида эмуляции. Прежде всего факт того, что такое эм-бессмертие ЕЩЁ МЕТАФОРА...

предназначено для другого, но не для того, кто ушел. Затем – программе надлежит действовать как разумному агенту личности с самого начала ее же (программой) собственной, интеллектуальной деятельности, вбирающей в себя всю информацию, которую субъект черпает из действительности, будучи при всем том уже оснащенной матрицами всех психологических и социальных и пр. предпосылок, в то время как интерактивное общение/обучение будет обеспечивать связи и ассоциации между «экспертом» (то есть пользователем), программой и миром. Возрастающая база данных будет строиться из основных личностных элементов самого пользователя (его истории), непрерывно пополняясь на протяжении всей его жизни. Более того, программа будет совершенствоваться и после смерти пользователя на макро/микро уровнях отношений с миром и членами семьи. Из чего следует, что система будет развиваться и после смерти «носителя» тела, впитывая и усваивая новые и новые информационные потоки, шумы, ожидания и т.д.

В самом начале статьи Крис Стоут пишет, что в идеале, конечно, было бы целесообразней обращаться к личности, находящееся в функциональном состоянии, но, – продолжает он – медицинские технологии покуда не в состоянии этого обеспечить.

Всего год разделяет мнение Криса Стаута от события, отголоски которого коснулись меня в кафе – т.е. о возможности уже сегодня выделить компонент, ответственный за восстановление генной защиты клеток, который возможно будет управлять временем их существования.

Pages:     | 1 |   ...   | 43 | 44 || 46 | 47 |   ...   | 54 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.