WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 30 |

Разумеется, если спросить любого, он наверняка будет убежден в том, что ему ясно и отчетливо видна внутренняя форма истории. Эта иллюзия покоится на том, что никто еще серьезно не задумывался над нею и что люди меньше всего сомневаются в своем знании, так как никто и не подозревает, сколько всего подлежит еще здесь сомнению. Гештальт всемирной истории фактически оказывается неопробованным духовным достоянием, наследуемым … от поколения к поколению и крайне нуждающимся в крупице того скепсиса, который со времен Галилея разложил и углубил прирожденную нам картину природы.

Древний мир – Средние века – Новое время: вот невероятно скудная и бессмысленная схема, безоговорочное господство которой над нашим историческим мышлением без конца мешало нам правильно воспринимать действительное место, ранг, гештальт, прежде всего срок жизни маленькой части мира, проявляющегося на почве Западной Европы со времен немецких императоров, в его отношении ко всеобщей истории высшего человечества. Будущим культурам покажется маловероятным, что эта проекция со всей ее простодушной прямолинейностью, ее вздорными пропорциями, становящаяся от столетия к столетию все более невозможной и совершенно не допускающая включения заново вступающих в свет нашего исторического сознания областей, ни разу не была-таки серьезно поколеблена в своей значимости. Ибо ставший с давних пор привычным среди исследователей истории протест против указанной схемы ровным счетом ничего не значит. Тем самым они лишь сгладили единственно имеющуюся налицо проекцию, не заменив ее ничем. Можно сколько угодно говорить о греческом средневековье и германской древности, все равно это не приводит еще к ясной и внутренне необходимой картине, в которой находят органическое место Китай и Мексика, Аксумское царство и царство Сасанидов.

Даже смещение исходной точки «Нового времени» с крестовых походов к Ренессансу и отсюда к началу Х1Х века доказывает лишь, что схема как таковая все еще считается непоколебимой.

Это ограничивает объем истории, но гораздо хуже то, что это сужает и ее арену. Ландшафт Западной Европы образует здесь покоящийся полюс (математически говоря, сингулярную точку на поверхности шара) – непонятно, в силу какого еще основания, кроме разве того, что мы, творцы этой исторической картины, именно здесь и чувствуем себя как дома, – полюс, вокруг которого скромнейшим образом вращаются тысячелетия мощнейших историй и далеко отстоящие огромные культуры. Это целая планетная система, изобретенная на крайне своеобразный лад. Какой-нибудь отдельный ландшафт выборочно принимается за естественное средоточие некой исторической системы. Здесь ее центральное Солнце. Отсюда получают все события истории свое настоящее освещение. Отсюда перспективно определяется их значение. Но в действительности здесь говорит не обузданное никаким скепсисом тщеславие западноевропейского человека, в уме которого развертывается фантом «всемирная история». Этому тщеславию и обязаны мы с давних пор вошедшим в привычку чудовищным оптическим обманом, силою которого история тысячелетий, скажем китайская и египетская, сморщивается на расстоянии до эпизодических случаев, тогда как приближенные к нам десятилетия, начиная с Лютера и особенно с Наполеона, принимают призрачно-раздутый вид. Мы знаем, что облако лишь по видимости тем медленнее движется, чем выше оно находится, и лишь по видимости ползет поезд в далеком ландшафте, но нам кажется, что темп ранней индийской, вавилонской, египетской истории и в самом деле был медленнее, чем темп нашего недавнего прошлого. И мы считаем их субстанцию более зыбкой, их формы более приглушенными и растянутыми, поскольку не научились принимать в расчет внутреннюю и внешнюю дистанции.

Что для культуры Запада существование Афин, Флоренции, Парижа важнее существования Лояна и Паталипутры – это разумеется само собой. Но можно ли класть эти оценки в основание схемы всемирной истории В таком случае китайский историк был бы вправе спроектировать всемирную историю, в которой замалчивались бы, как нечто незначительное, крестовые походы и Ренессанс, Цезарь и Фридрих Великий. Почему XVIII столетие с морфологической точки зрения важнее, чем любое из шестидесяти ему предшествовавших Разве не смешно противопоставлять какое-то «Новое время», объемом в несколько столетий и к тому же локализованное главным образом в Западной Европе, какому-то «Древнему миру», охватывающему столько же тысячелетий и насчитывающему просто в качестве придатка массу всякого рода догреческих культур, без какой-либо попытки более глубокого их расчленения Разве не замалчивали, ради спасения устаревшей схемы, Египет и Вавилон, одни только замкнутые в себе истории которых, каждая схема по себе, уравновешивают так называемую всемирную историю от Карла Великого до мировой войны и дальше того, трактуя их в качестве прелюдии к античности; разве не загоняли с несколько смущенной гримасой могучие комплексы индийской и китайской культуры в какое-то примечание и разве не игнорировали вообще великие американские культуры, поскольку-де они лишены связи (с чем) Я называю эту привычную для нынешнего западноевропейца схему, в которой развитые культуры вращаются вокруг нас как мнимого центра всего мирового свершения, птолемеевской системы истории и рассматриваю как коперниканское открытие в области истории то, что в этой книге место старой схемы занимает система, в которой античность и Запад наряду с Индией, Вавилоном, Китаем, Египтом, арабской и мексиканской культурой – отдельные миры становления, имеющие одинаковое значение в общей картине истории и часто превосходящие античность грандиозностью душевной концепции, силой взлета, – занимают соответствующее и нисколько не привилегированное положение.



Шпенглер О. Закат Европы. – М.: Мысль, 1993. – С.

144-147.

Сорокин П. В полном жизненном цикле всех великих революций как бы просматриваются три типические фазы. Первая обычно очень кратковременна. Она отмечена радостью освобождения от тирании старого режима и ожиданиями обещаемых реформ. Эта начальная стадия лучезарна своим настроением, ее правительство гуманистично и милостиво, а его политика мягка, нерешительна и часто бессильна. Но вот в людях начинает просыпаться «наихудший из зверей». Краткая увертюра подходит к концу и обычно на смену ей приходит вторая, деструктивная фаза. Великая революция превращается в ужасающий шквал, неразборчиво сметающий все на своем пути. Она безжалостно искореняет не только обветшалые, но и все еще жизнеспособные институты и ценности общества, а тем самым уничтожает не только отжившую свой век политическую элиту старого режима, но и множество творческих лиц и групп. Революционное правительство на этой стадии безжалостно, тиранично и подчас кровожадно, а его политика преимущественно деструктивна, насильственна и террористична. И если случается, что торнадо второй фазы не успевает до основания разрушить нацию, то революция постепенно вступает в свою третью, конструктивную фазу. Уничтожив все контрреволюционные силы, революция начинает создавать новый социальный и культурный порядок. Причем этот новый строй основывается не только на новых революционных идеалах, но и реанимирует самые жизнестойкие дореволюционные институты, ценности и способы деятельности, временно разрушенные на второй фазе революции, но возрождающиеся и вновь утверждающие себя помимо воли революционного правительства. В постреволюционном порядке обычно новые модели и образцы поведения тем самым гармонизируют со старыми, но не потерявшими жизненную силу образцами дореволюционной действительности.

Строго говоря, лишь в конце 1920 года русская революция вступила в третью фазу и сейчас находится в стадии ее полного развития. Ее внешняя и внутренняя политика гораздо более продуктивна и конструктивна, чем политика многих современных западных и восточных стран. Чрезвычайно обидно, что эти изменения все еще продолжают игнорироваться политиками и правящей элитой других держав.

Сорокин П. Революция и социология // Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. – М.: Политиздат, 1992. – С. 223.

Тойнби А. В кратком изложении обширнейшего предмета – отношения между христианством и историей – будет, по-видимому, наилучшим сконцентрироваться на трех моментах. Для того чтобы раскрыть специфику отношения христианства к истории, следует начать с рассмотрения сходств и различий между христианством и другими религиями в их отношении к истории. Затем мы могли бы поочередно рассмотреть историю в свете христианства и христианство в свете истории.

Если мы окинем общим взором высшие религии и философии, которые появились вместе с возникновением первых цивилизаций, приблизительно пять-шесть тысячелетий назад, то увидим, что они разделяются на две основные группы – «историческую» и «мифологическую». «Историческая» группа включает философии: платонизм, аристотелизм, стоицизм, эпикуреизм, хинаянбуддизм и конфуцианство, а также религии: иудаизм, зороастризм, христианство и ислам. «Мифологическая» группа включает религии наподобие культа Таммуза и Иштар, Осириса и Исиды, Аттиса и Кибелы, Юпитера Долихенского и Митры, составляющие определенную конкуренцию христианству в споре за влияние на народы Римской империи. Эта вторая группа включала также религии, такие, как неоплатонизм и махаяна-буддизм, которые представляли собой формы превращенной в религию философии.

Как философии, так и религии, входящие в «историческую» группу, являются «историческими» в двояком смысле. Во-первых, все они обязаны своим существованием определенным основателям, жившим в определенный исторический период, чья жизнь переплелась с историческими событиями, подлинность которых не вызывает сомнений у критиков, оспаривающих подлинность некоторых их деяний, характеристик и т.д., приписываемых обычно основателям религий и философий их последователями. Во-вторых, понятие «исторические» применительно к философиям и религиям употребляется в том смысле, что их основоположники создали школы или основали церкви, которым суждено было сыграть выдающуюся роль на исторической сцене. В целом эти духовные образования проявили значительно больше жизненной силы, чем цивилизации, в которых они возникли, и явили несравненно большую способность к выживанию, чем те или иные государства и империи. Из десяти названных нами шесть сохранились и по сию пору, а даже самому «младшему» из них – исламу – уже четырнадцать столетий. Хотя эллинические философские школы прекратили свое существование в 529 г. под воздействием христианского Рима, многое из их учений, равно как и из практики, к тому времени уже было инкорпорировано в структуру христианства.

В противоположность этому махаяна-буддизм – единственная из семи «мифологических» религий, не угасшая до сих пор, а факт ее жизнеспособности и исчезновения шести других весьма знаменателен. Разумеется, «мифологические» религии тоже сыграли свою роль в истории, но они не идут ни в какое сравнение с «историческими» религиями и философиями – ни по опоре на авторитет реально существовавшего в истории основателя, ни по значению взаимосвязи между их историей и действительным ходом событий. И это так потому, что они имеют дело главным образом с «вечными» сторонами жизни и существования, которые невозможно поймать в сети паутины истории и которые могут быть высказаны только в мифе, являющемся выражением правды, но правды, как в волшебной сказке, не имеющей исторической реальности.





Пять из перечисленных нами шести угасших ныне «мифологических» религий были связаны с отношением человечества к физическим силам природы, окружавшим жизнь человека на этой планете. Они возникли в то время, когда человечество еще зависело от милостей природы, в ней оно видело божество, которое надо было умилостивить. Но история человечества была историей прогрессивного покорения природы, покорения, сделавшего нас в конце концов ее господами, вырвав из рабского по отношению к ней состояния задолго до современного беспрецедентного ускорения темпов технического прогресса на Западе. Покорение человеком природы сняло с нее ореол божественности, так что нет ничего удивительного, что эти пять форм поклонения природе давнымдавно исчезли, если только не были отчасти, подобно эллинистической философии, инкорпорированы в христианство и другие ныне существующие «исторические» религии и философии.

Есть, однако, еще один «вечный» аспект жизни и существования, который человечеству до сих пор не удалось подчинить себе, – это психическая природа человеческой души. В этой области у рода человеческого не было столь значительных достижений в мудрости, добродетели или праведности pari passu* с накапливающимся и все более ускоренными темпами развивающимся научным знанием или техническим мастерством; и эта постоянно расширяющаяся пропасть между господством человека над внешним миром и нашим постоянным поражением, связанным с проклятием «первородного греха», делает расплату за духовное падение для нас все более и более серьезной. Не то чтобы мужчины и женщины в среднем стали хуже с тех пор, как были успешно изобретены военная колесница, арбалет, порох, атомная бомба, – что действительно происходит, так это то, что эти все более эффективные орудия смерти делают безрассудные и разрушительные человеческие действия все более и более мощными по силе. Тем самым до сих пор еще неуправляемые демонические силы внутреннего духовного мира человека представляют для нас серьезную опасность, а следовательно, и острую проблему. Вот одна из причин, почему махаяна (именно эта форма буддизма), унаследовавшая от буддийской философии хинаяны озабоченность психическим универсумом, до сих пор сохранила смысл и ценность, тогда как разные формы культового почитания солнца, дождя, растений и т.д., бывшие некогда в центре религиозных интересов, исчезли.

Другая причина, по крайней мере, с точки зрения христианских исследователей, почему махаяна сегодня представляет собой значительную духовную силу, * По сравнению (лат.) заключается в том, что путь, по которому она стала развиваться, отпочковавшись от буддийской философии хинаяны, пошел в направлении, сходном с христианством. В то время как в соответствии с философией хинаяны образец мудрого человека – это аскет, который видит спасение в полном подавлении своего «я», приверженец махаяны, подобно Будде Гаутаме, добровольно отсрочивает свое вхождение в бессознательное, бесстрастное, безболевое состояние нирваны не ради собственного спасения, а ради спасения своих братьев, ведя их по пути, который сам преодолел.

Хотя христианство, как и ряд других религий и философий, и по своей внутренней организации, и по своей обращенности в будущее характеризуется как «историческая» религия, оно имеет одну главную черту, общую, повидимому, с иудаизмом, ответвлением которого оно является, и с исламом – еще одной религией, связанной своим происхождением с иудаизмом. Отличительная черта иудейских религий состоит в том, что смысл существования … они видят в личной встрече с Богом, подобным человеку… Все они сходятся между собой в вере, что эти встречи осуществляются в форме исторических деяний и событий, происходящих в этом мире, или, как сказали бы современные физики, на поверхности этой планеты. Согласно верованиям этих иудейских религий Бог, так же как и человечество, находится за работой в этом мире, хотя мир этот – только часть обширного поля божественной деятельности.

Тойнби А. Христианское понимание истории // Философия истории: Антология. Учебное пособие для студентов гуманит. вузов / Сост., ред. Ю.А. Кимелев. – М.: Аспект Пресс, 1995. – С. 220-223.

Парсонс Т. Таким же образом попытаемся теперь провести точный анализ систем власти. Мое предположение состоит с том, что существует круговое движение между политической сферой и экономикой; суть его в обмене фактора политической эффективности – в данном случае участия в контроле над продуктивностью экономики – на экономический результат, состоящий в контроле над ресурсами, способном, например, принять форму инвестиционного займа. Это круговое движение регулируется посредством власти в том смысле, что фактор, представленный подлежащими исполнению обязательствами, в частности обязательством оказания услуг, с лихвой уравновешивает результат, представленный открывшимися для эффективного действия возможностями.

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 30 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.