WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 29 |

имели своего рода «страховку» - второй источник дохода: «я риски всегда взвешиваю, т.е. что называть рискованный шаг, какой процент риска. Ну, скажем так, я… сильно рискованным его назвать нельзя, потому что у меня был второй бизнес, книжный, и я знал, что он мне даст возможность, даже если я «сыграю в ноль», как называется, в челночных делах, мне это даст возможность, все равно, книжный бизнес нас прокормит. Поэтому, насколько рискованным шаг занятия челночной торговлей не считаю. Скорее, мной двигал интерес к жизни и к процессу челночной жизни, нежели я закладывался под какие-то риски» (муж, года, офицер, челнок, Москва).

Высокий стратегический ресурс отражался еще и в приобретении товаров у производителей (а не посредников), через постоянных поставщиков, организация сбыта через официальные торговые точки, быстрое расширение через укрупнение поставок: «… честные поставщики делали так (и это действительная реальность): ты приходишь к нему, они в подвалах шьют… после двух поездок уже связи появились среди турок, которые владеют магазинами…» (муж., 44 года, офицер, челнок, Москва); «У каждой фабрики есть свой магазинчик. Проходишь день, выпишешь цены, посмотришь, сравнишь, где дешевле, где готовы больше скинуть, где лучше качество. Где есть возможность купить большую партию. Потом приходишь на следующий день, с хозяином разговариваешь. Например, что ты с ним вступишь в длительные отношения, будешь к нему постоянно ездить, если он тебе даст такую цену, которая тебя устроит» (муж., 44 года, водитель, челнок, Москва);

«были в салоне по покраске машин, и как-то случайно зашел разговор, и они (мастера) попросили привезти им из Польши малярный скотч.

Привезли им скотч, на следующий раз они попросили привезти грунтовку и что-то такое, и муж, поговорив с компаньонами, они решили завезти партию этой грунтовки. И завезли первую пробную партию. Сначала пошло очень плохо, … а потом, стали возить в Саратов, вот куда, в Волгоград, Ростов, и там пользовалось это просто бешенным спросом, и все. Мы с мужем не ездили по этим рынкам, по продажам, мы стали заниматься, вот этой оптовой доставкой. Т.е. у нас были клиенты в Саратовской области, в Волгоградской области, в Ростовской области» (жен. 44 года, учитель, челнок, Хабаровск). «…купив несколько вещей,… не пошел их на рынок торговать,… а …. сдавать в большие универмаги, что бы продавали они, потому что … брал хорошие качественные вещи» (муж., 44 года, офицер, челнок, Москва).

Постоянный анализ рынка. Изначально высокий информационный ресурс представители подгруппы поддерживали уже работая: постоянно проводили анализ внешней ситуации на рынке: «….Собирали данные, что нужно. Ходили по рынку, смотрели: что продается, что покупается.

Подходили, спрашивали, в чем дефицит, что народ спрашивает, чего не хватает, кто-то отвечал, кто-то соответственно нет» (муж., 44 года, офицер, челнок, Москва), «Составляли список, что надо привезти. Ходили по рынку, смотрели, какой товар ходовой, и этот товар закупали» (муж., 39 лет, офицер, челнок, Москва).

Представители группы имели также высокий временной ресурс, или оперативный. Либо из-за верной стратегии, либо по стечению обстоятельств будущие крупные предприниматели, по их собственным словам, «быстро встали на ноги»: «в период наверно с 94 по 95 год, может и 96-го, когда, как я сказал уже, что ушел на исполнительные функции, контролирующие бизнес. Я поднялся за год или полтора, которые я держал 3 или 4 точки в Черкизово и 2 точки в Щелково, т.е. за 5 точек я отвечал» (муж, 39 лет, офицер, челнок, Москва); «до 94-95 года было параллельно: я занимался и книгами и челночеством. Но постепенно книги меня влекли все больше, и к 94, 95 или 96 году я оставил на друзей в челночном бизнесе или исполнительские такие функции, т.е. развитием бизнеса я уже не занимался» (муж, 44 года, офицер, челнок, Москва).

Безусловно, никто из респондентов не говорил о простоте развития бизнеса. Но по аналогии с описанной компенсацией образовательного и материального (отсутствие квартиры) ресурса препятствия в работе могли стимулировать к компенсации за счет других ресурсов, если они есть.

Помехи бизнеса: коррупция, мошенничество, рэкет. Главными препятствиями респонденты назвали коррупцию чиновников и сотрудников таможни, а также рэкет и мошенничество на российских и заграничных рынках: «тогда уже зарождалась все больше и больше коррупция, и становилось ясно, что в принципе любые проблемы, как и сейчас, кстати говоря, можно решить деньгами» (муж, 39 лет, офицер, челнок, Москва); «законодательство пока «завинчивает гайки», каждый раз это приводит лишь к увеличению цены взятки, потом стабилизируется цена взятки и на какое–то время становится все хорошо» (жен. 44 года, учитель, челнок, Хабаровск), «мешал в основном чиновничий аппарат, … такое количество согласований… такое количество всевозможных документов, которые требуют все больше и больше всевозможные проверяющие инстанции, конечно, создают помехи» (муж, 44 года, офицер, челнок, Москва); «в 95-96 году появился там наш рэкет. Они где-то в переулках грабили, срезали эти поясные сумки. Появились разные виды мошенничества. Везли на якобы фабрику за кожей за город, поили каким-то якобы чаем, человек засыпал, просыпался без денег, без паспорта. Когда турки еще плохо разговаривали по-русски, при магазинах было много азербайджанцев. Стоит азербайджанец, который зазывает в магазин, переводит, и за это ему хозяин что-то платил» (муж, 39 лет, офицер, челнок, Москва).



Широкая социальная сеть, сеть коммуникаций. Коммуникативный ресурс членов подгруппы будущих крупных предпринимателей был высоким еще в начале челночной деятельности: многие родственники и знакомые начали самостоятельно заниматься коммерческой деятельностью то же время, что и участники исследования или даже раньше. И они демонстрировали респондентам подгруппы и удачные и провальные истории бизнеса. И эта высокая степень интеграции в бизнес-среду дала респондентам высокий коммуникативный ресурс: «мой муж был главным инженером на швейной фабрике, вот, ну и тоже, соответственно, хорошо зарабатывал. Потом, он решил открыть свой бизнес; значит, сначала все было хорошо до тех пор, пока в автомобильной катастрофе не погиб его напарник или компаньон, вот, а там очень много было завязано на компаньоне, бизнес рухнул»; «моя мать открыла свое, какоето небольшое производство. У нее тоже, такая жилка авантюристическая» (жен. 44 года, учитель, челнок, Хабаровск).

Приступив к занятию челночной деятельностью, представители подгруппы не потеряли свой прежний круг общения и прибавили к нему новый. Участники исследования говорили, что почву для сохранения общения составляло уважение, понимание значимости индивидуальности человека, его силы духа, других психологических черт, и минимальная ориентация на уровень дохода человека. В целом, наличие твердых внутренних устоев, внутреннего стержня были самыми приоритетными критериями выбора друзей: «есть, конечно, и кто-то и генеральные директора, как я, то есть из нашей институтской группы – это один генеральный, другой – заместитель генерального, из школьных друзей есть и директор завода, а есть и рядовой, охранник. … это не мешает нам общаться, звание, должность они нам не мешают в общении» (муж, 44 года, офицер, челнок, Москва); «… замдиректора дворца Культуры оставшись на своей ставке стала подрабатывать тамадой, потом дальше в этот бизнес (организация праздничных мероприятий) – у нее успех, но она и дворец не бросила» (жен. 44 года, учитель, челнок, Хабаровск); «были люди, которые, изменивши род занятий, которые добились успеха. Они есть и сейчас, кто по сей день прекрасно себя чувствуют» (муж, 44 года, офицер, челнок, Москва).

Однако косвенный признак материального и социального уровня в оценке других людей все же присутствовал. Вероятно, именно он позволил создать в итоге сильный ресурс круга социального общения. Респонденты говорили, что для них важно наличие в жизни человека некоей положительной динамики, стремления к какому-то развитию, а не «пассивное течение по волнам жизни» (муж, 39 лет, офицер, челнок, Москва): «Можно, конечно, уборщиком, дворником – но это же копейки, на эти деньги просто прожить было нельзя. Хотя для меня, было, в принципе, устроиться, там, тем же дворником – было совершенно не страшно, потому что я когда сидела в декрете, я пошла работать дворником, потому что денег не хватало, явно. Я работала дворником, причем…ребенка уложила спать рядом в коляске, а сама – убрала. Т.е. мне любая работа, она… не страшна, и почетна, скажем так. Ничего в этом я не вижу плохого, поэтому для меня перейти из, так сказать, из статуса служащего в статус челнока. В том смысле, что решиться внутренне, абсолютно не страшно было» (жен. 44 года, учитель, челнок, Хабаровск);

«здесь понимаете, понятие успех включает разные, к сожалению, я думаю, все больше и больше успех включает денежные позиции, а это далеко не всегда так, потому что жизнь наша состоит, к счастью, не только из денег, а это и семья, это и уважение друзей, это и успех на работе какой-то, и поэтому… у меня есть люди, которые в те годы защитили кандидатские и докторские диссертации, оставшись офицерами и став докторами наук, они продвинулись по карьерной лестнице, то есть кто-то стал полковником, т.е. я уходил капитаном, а друзья стали полковниками. Поэтому они тоже добились успеха, может не настолько в финансовом плане, но когда человек стал полковником и доктором наук, нельзя сказать, что он не добился успеха, он тоже повысил свой социальный статус» « (муж, 44 года, офицер, челнок, Москва).

Дополнительным усилением коммуникативного ресурса были особенности общении. Представители подгруппы крупных предпринимателей, отличие от других подгрупп челноков, не стыдились своего рода деятельности, не скрывали его от своего социального окружения. В итоге получилось, что так или иначе ближний круг был интегрирован в челночный бизнес респондентов: «чем взрослее становились дети, тем и у супруги стало время освобождаться. Она пыталась найти свою нишу семейную, то есть детьми, естественно заниматься, воспитанием, но и какую-то финансовую свою пользу приносить в общий котел. А я получил участок под застройку. Стал вопрос: как его строить На этот период Ольга как раз и стала заниматься этим своего рода бизнесом – в Польшу ездила экскурсоводом, и оттуда привозила всякие товары. С этого все началось» (муж, 44 года, офицер, челнок, Москва).

Респонденты, будучи приверженцами сохранения традиций, ценностей и устоев, все же проявляли гибкость и оценивали людей вполне комплексно, не концентрируясь только на прагматических факторах. Но высокая степень интегрированности в социум определяла соответствующее поведение. В угоду бизнесу наши респонденты иногда уступали велению ситуации и вели себя «не по советской совести»: «К сожалению, не всегда во всех этих ситуациях мне приходилось быть честным и не поддаваться соблазну. Иногда хотелось сжульничать, иногда обмануть и не всегда удавалось побороть себя» (муж, 44 года, офицер, челнок, Москва).





«Средние предприниматели» В группе транзитивной биографической траектории есть не только те, кто в будущем стали крупными предпринимателями. Но и те, кто добились к настоящему моменту чуть меньших успехов: те, кто после завершения челночной деятельности и на ее базе также создали бизнес, но он не относится (согласно их высказываниям и нашему анализу) к разряду крупного. После 5-10 лет в челночном бизнесе они открыли свои магазины и торговые точки прежней «челночной» или новой специализации.

Представители сегмента 8 челноков: трое мужчины и пять женщин, преимущественно из Москвы, а также из Краснодара и Нижнего Новгорода. Младшему в подгруппе было 35 лет в начале его челночества, старшему – 55.

До прихода в челночный бизнес они занимались самыми разными видами деятельности, которые можно расценить как средние (для работы не было необходимости в высшем образовании: медсестры, бармен, грузчик, не закончивший учебу студент).

Респонденты подгруппы располагали средним ресурсом родительской семьи и социального окружения, средним или даже низким материальным ресурсом, но у членов подгруппы высокий личностный ресурс (высокая ценность семейных традиций, забота о семье, самостоятельный поиск жизненного пути). У большинства в жизни произошла жизненная трагедия, вызывающая возможность компенсации. И дополнительно члены подгруппы имели высокий социальный ресурс профессиональной мобильности.

Родители – средняя интеллигенция. Средне-стабильно обеспечены. Исходные ресурсы будущих средних предпринимателей были слабее, чем у будущих крупных, но все же слабыми их назвать нельзя, т.е. ресурс родительской семьи – средний. Представители подгруппы росли в семьях, можно сказать, средней интеллигенции в первом поколении. Родители: военные, врачи, преподаватели, литераторы (кстати, инженеров НИИ среди них не было). И значимость происхождения из интеллигенции явно прослеживается по высказываниям респондентов: «отец у меня был военный, инженер-полковник. Мама была химиком, кандидатом наук. Преподавала в институте» (жен. 59 лет, НИИ, швейный кооператив, челнок, Москва), «моя мать – врач. Отец – командир корабля. Отец был гражданским летчиком, командиром корабля» (жен. 39 лет, домохозяйка, челнок, Москва), «в семье двое детей, мама была преподавателем кройки и шитья, и вышивки. Отец был военный, потом занимался моделированием, макетами, моделями» (жен.

44 года, медсестра, челнок, Москва); «творческая интеллигенция. Мама – журналист. Папа – поэт местного масштаба. Ну тоже работал, как правило, в газетах. Книжек мало издавал. Интеллигенция в первом поколении» (муж., 35 лет, студент МГУ, челнок, Москва); «мои родители из сельской интеллигенции. И папа, и мама у меня был учителями. Мама проработала в школе учителем начальных классов больше 50 лет. Папа только в 40 лет стал директором школы. То есть у меня была семья интеллигентов» (жен. 51 год, эксперт продовольственных товаров, челнок, Краснодар); «я родился в интеллигентной семье. Мама – педагог, учитель французского языка, папа – военнослужащий, закончил службу майором.

Сестра (старше на 6 лет) тоже имеет высшее образование. Она тоже педагог, преподаватель английского языка» (муж., 44 года, грузчик, челнок, Нижний Новгород).

В подгруппе есть респонденты, чьи родительские семьи нельзя никак назвать средней интеллигенцией. Но и у них был стабильно средний ресурс, которые родители обеспечивали своими рабочими специальностями и востребованными профессиями: «папа у меня автослесарем работал, мама тоже из рабочей семьи, всю жизнь работала. У меня вообще рабочая семья. Родители родили поздно меня» (жен, 44 года, медсестра, челнок, Москва); «отец работал на заводе, в литейном цехе и получил там профессиональное заболевание, стал инвалидом. Поэтому естественно, его судьбу я повторять не хотел.

Мать у меня тоже работала на заводе, на керамблоках, кирпичи какие-то делала, потом на ДОКе» (муж, 55 лет, администратор, челнок, Москва).

Материальный ресурс, по заявлениям членов подгруппы был либо низким, либо средним: «не очень хорошо обеспечена. Мама умерла достаточно рано, был один папа и двое детей. Денег никогда очень много не было. Так, достаточно скромно вели образ жизни» (жен, 40 лет, старшая медсестра, челнок, Краснодар); «но на то время, когда я стала взрослой, они были пенсионеры. Поэтому обеспеченность была скромной» (жен, 39 лет, декрет, челнок, Москва); «семья у нас была обеспечена нормально. Во всяком случае моя мама работала и она зарабатывала хорошие деньги. Она работала на таком предприятии, где по тем временам платили хорошие деньги» (жен, 40 лет, старшая медсестра, челнок, Краснодар); «мы жили так же как все семьи, в деревянном доме, двухэтажном» (муж, 55 лет, администратор, челнок, Москва).

В дальнейшем, при начале челночной деятельности в 90-х, средний материальный ресурс проявился в среднем стартовом капитале.

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 29 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.